Наталия Бронзова

Моё знакомство с художником Валерием Карасёвым началось с просьбы отца Анатолия сфотографировать коллекцию картин, которую он ехал благословлять перед отправкой в Россию. Я и не предполагала, что буду писать статью об этом событии — батюшка Анатолий любит сюрпризы и просто объявил об этом при всех, после просмотра моей книги о Филиппинах, чем очень меня удивил…

У загородного дома художника в Лаврентидах были выставлены портреты и огромные «панно», впечатляющих размеров, с мельчайшими проработанными деталями — и всё это оказалось инкрустацией по дереву! Сам Валерий называет свою технику — «живорезь». Батюшка Анатолий провёл молебен, освятил все произведения искусства и благословил художника и его жену Наталью на благополучное путешествие в Россию, чтобы разместить всю коллекцию в музее-заповеднике «Воскресенское Поветлужье», что под Нижним Новгородом.

Картины — это всегда отражение души художника. Валерий Карасёв начал своё творчество в 1979 году уже взрослым человеком. По-началу он набирал из кусочков дерева портреты семьи и друзей, точнее сказать «инкрустировал», то есть создавал свой уникальный метод, до сих пор оставаясь единственным художником, работающим в этом стиле. Через несколько лет жанр портрета уже не отражал всех эмоций и идей художника. Тогда Валерий приступил к созданию огромных «панно». Им было задумано восемь исторических панно, но выполнено только четыре. Как оказалось, их завершение требует намного большего времени, чем он предполагал изначально: месяцы, чтобы построить композицию, и годы, чтобы её воплотить! На изготовление первого панно «Без вести пропавшие» понадобилось 4 года! Оно посвящено родителям Валерия, которые пропали в годы Великой Отечественной, когда ему было чуть больше года. На нём изображена казнь партизан — четырёх мужчин и женщины. Трое мужчин охвачены разными эмоциями в эти последние минуты их жизни, и лишь один мужчина не думает о скором конце, а смотрит назад, туда, где находится дорогая ему женщина, — именно в этой паре Валерий воплотил своих родителей… Во всех работах Валерия очень четко видна одна тема — это последние минуты жизни человека — перед казнью или смертельной битвой… Такой важный момент жизни, эта безысходность судьбы, видимо, идут из самой души художника, родившегося в тяжёлые годы войны и выросшего в детском доме…

Он выбирает наиболее драматичные моменты Российской истории для своих панно — это Бородинская битва, казнь пугачёвцев и казнь священников в Ленинграде в 1936 году… Обречённость его персонажей отражает его собственную жизнь — он покинул Россию в момент распада СССР в 1991 году, уехал в Израиль, где не прижился, и через пять лет переехал в Канаду. Но по-прежнему Валерий считает себя только русским и даже не хочет осваивать местные языки! Именно поэтому для него очень важно, чтобы его коллекция нашла своё место в России.

Из интервью с Валерием Карасёвым:

В: Валерий, Вы были успешным физиком — как решили поменять судьбу и стали художником?

О: Захотелось сделать что-то своими руками, то, что ещё не делали другие. Начал с портрета второй жены, но сделал её с закрытыми глазами — не решился сразу делать глаза из дерева… Потом сделал свой портрет — уже с открытыми глазами. После нескольких портретов захотелось чего-то масштабнее что-ли… Задумал первое панно — «Без вести пропавшие» — нашёл белую большую стену одного дома и приходил к ней в течении нескольких месяцев, сидел и смотрел на неё, располагая композицию мысленно. Когда начал воплощать её в жизнь, голова немного освободилась и задумал целую серию тогда…

В: Вся серия о последних мгновениях жизни людей… Чем Вас привлекает именно эта тема?

О: Ну, я всегда любил экстрим, было интересно передать разные эмоции у разных персонажей в эту трагическую минуту… Чтобы передать эмоции, нужно же представить, что эти люди чувствовали и как реагировали, — это создает разные характерные персонажи. Мне это было интересно.

В: Сколько лет создавали первое панно? И два слова о трёх остальных, пожалуйста.

О: Первое пять лет делал. Потом начал «Бородино» — о самой кровопролитной битве XIX века — делал 3 года. И ещё не закончив, начал «Бунтари» — о казни бунтовщиков, последовавших за Емельяном Пугачёвым. И последнее и самое большое, 9 × 3 метра, это «Time out». Это панно я делал 10 лет! Оно рассказывает о казни священников в Ленинграде в 1936 году… Когда в первый раз услышал об этом — меня потрясло — захотелось таким образом почтить память этих священнослужителей. Хочу сказать, что 95% времени я заставляю себя работать и только 5% — это вдохновение!

В: Вдохновение приходит во время работы — по себе знаю! Сколько всего произведений дарите Нижегородскому музею, и есть ли планы начать новую коллекцию?

О: Всего 39 наименований. Моя коллекция деревянной мозаики называется «Живорезь» (Jivorez), создавалась она более 25 лет в трёх странах: СССР, Израиле и Канаде. Надо сказать, что перевозкой коллекции занимается посольство России в Канаде. Новую коллекцию начинать я не планирую — всё, что хотел выразить, уже сделано и начинать другую коллекцию неинтересно. Сейчас мне интересно издать книгу, над которой работаю уже почти 5 лет — это «Энциклопедия о вождении».

В: Почему именно этот музей — «Воскресенское Поветлужье» в Нижнем Новгороде? И не жалко ли навсегда отдавать работы, ставшие частью Вашей жизни?

О: Я принципиально не продавал работы, хотел, чтобы все они были в одном месте, где бы их могли видеть. Я искал музей, который бы согласился их принять, хранить и выставлять — всё это они обеспечивают. Моя коллекция хранилась в разных местах все эти годы — это неудобно и требует достаточно больших расходов на аренду хранилища. Отдавать всегда немного грустно, но я уже не в состоянии обеспечить достойное хранение работам, и они просто могут испортиться… Кстати, я только несколько раз видел свою коллекцию целиком, как сейчас, — хочется запомнить этот момент! Это уникальное событие в моей жизни!

В: Примите мои поздравления! Спасибо, Валерий, за интервью и за гостеприимство — поездка с отцом Анатолием и матушкой Ириной за город к вам была незабываемой!

11 июня, 2012 г. Освящение отцом Анатолием уникальной коллекции деревянной мозаики Валерия Карасёва, перед её отправкой в Нижегородский музей. 

Print Friendly, PDF & Email