Дорогие братья и сестры, в честь праздника, посвященного трем учителям вселенским и святителям Василию Великому, Григорию Богослову и Иоанну Златоусту, публикуем одно из стихотворений святителя Григория. Также рекомендуем ознакомиться с ним и на сайте «Азбука веры». Примечания к стихотворению не менее интересны.
О душе
Бога дыханье душа, и все-таки терпит смешение,
Неборожденная, с перстью; светильник, сокрытый
в пещере, –
Все же нетленна она и божественна, ибо не может
Образ Великого Бога бесследно навек раствориться,
Словно она ползучая тварь иль скот неразумный, –
Хоть и пытается грех бессмертную смертной соделать.
Также палящий огонь – не ее естество (ведь не может
Быть истязатель для жертвы своей источником жизни),
И не изменчивый воздух, что вдохом и выдохом движим;
Также она не крови поток, пробегающий плотью;
И не гармония членов телесных, в единство сведенных,
Ибо различной природы бессмертная форма и тело.
Чем же тогда превзойдут добродетельные наихудших,
Если они от смешенья стихий прекрасны иль плохи?
И почему лишены бессловесные умной природы,
Если их смертная плоть пребывает в гармонии с формой,
А гармоничное все быть лучшим должно, коль им верить?
Так рассуждают, считая лишь то основанием жизни,
При удаленье чего и души тела оставляют.
Не назовешь же ты пищу причиною жизни, а смертный
Жить без нее не способен, поскольку в ней крепость и сила.
Я и другое учение знаю, хотя не приемлю:
Ибо душа, пребывая на всех разделенной и общей,
В воздухе вряд ли блуждает. Ведь если б так было, то душу
Все б выдыхали одну и вдыхали, и каждый, кто дышит,
Находился б в других, согласуясь с природой воздушной,
Что разлита то в одном, то другом. Ну, а если блуждает, –
Что от нее, а что от утробы для жизни я принял,
Если я был к бытию извне привлечен породившей?
Если же ты полагаешь, что многих она породила,
Душ поглощенных лишь большим числом ты ее награждаешь.
И не ученье разумных, а книжная шалость пустая,
Будто душе суждено менять тела постоянно
Жизням согласно своим предыдущим – плохим иль хорошим:
Иль в наказанье за грех, иль в некую честь по заслугам.
Душу в одежды они то оденут, как некого мужа,
То непристойно разденут. С великим усильем вращают
Тщетно они колесо Иксионово, делая душу
Зверем, растением, смертным, псом, рыбою, птицей, змеею.
Часто и дважды одним, коль будет вращенью угодно.
Где же конец? Никогда не видал я разумного зверя,
Иль говорящего терна. Ворона ведь каркает вечно,
А по соленому морю плывет бессловесная рыба.
